ШОУ ЖИВЫХ ТРУПОВ – УСТРОЕННОЕ УБИЙЦЕЙ ЭРОНОМ ХАФФОМ.

Гремели выстрелы!

Тела, перемазанные бутафорской кровью, оседали на танцпол Центра искусств местечка Кэпитол-Холл – предместье Сиэтла, США и извивались в предсмертных судорогах. Приятели павших «живых мертвецов», наглотавшиеся наркотиков, радостно ржали, принимая все это за некий финальный аккорд рейв — вечеринки. И только  когда тусовщик по кличке Гомик заметил, что огромная дыра в горле 14-летней Мелиссы Мур буквально дымится от порохового ожога, кто-то истошно завопил: «Нас всех мочат!». Тогда все бросились врассыпную. Огромный парень с двумя пушками в руках, которого рейверы сперва приняли за актера, не стал  разочаровывать разбегавшихся гуляк и громко проорал: «Вы правы, сопляки! Патронов у меня столько, чтобы хватило на каждого!».

После бойни, происшедшей в местном Центре искусств около 7 часов утра 25 марта 2006 года и закончившейся семью смертями, не считая преступника, в США принято гадать: как мог совершить такое 28-летний Эрон Хафф, ни в чем предосудительном прежде, дескать, не замеченный?!

ПРЕДЫСТОРИЯ УБИЙЦЫ ЭРОНА КАЙЛА ХАФФА.

На самом деле предыстория Хаффа, обычного парня с соседней улицы, столь примечательна, что, будь она внимательней изучена репортерами, от их вопросов не осталось бы и тени. Действительно, Хафф, который еще в феврале 2006-го спланировал массовый забой представителей золотой молодежи, тут, забегая вперед, отметим: к забою этот киллер-стахановец подготовился очень тщательно, он и прежде любил баловаться с огнестрельным оружием. Причем практически по тем же поводам.

Рослый красавец Эрон Кайл Хафф до последней секунды жизни оставался неудачником… в делах любовных. Бисексуал, предпочитавший молодых девочек и мальчиков, считал себя изначально прокинутым на сексе, представителями и представительницами юного поколения. Наконец трудяга Хафф полагал, что именно он, зарабатывает каждый доллар в поте лица, имеет право быть палачом богатых бездельников, которым он в тайне завидовал. Ну а теперь обо всем по порядку. От первых секс – разочарований Хаффа и до его последних секунд, принесших преступнику посмертную славу второго по «эффективности» массового убийцы за всю историю существования Сиэтла.

В 2000 году, Хаффу, тогда обитателю городка Уайтфиш, впервые вроде бы подфартило в любви. 22-летний Эрон в те дни собирался разводиться с распутной 36-летней женушкой и, будучи разочарован в представительницах старшего поколения, впервые же обратил взор на юных прелестниц. В новой 16-летней подружке парень, как ему казалось, обрел, наконец, то, что искал: неутомимую страстность в постели и умение часами смотреть в рот избраннику. Так продолжалось до тех пор, пока с Эроном не приключился в своем роде уникальный казус. Однажды, придя, домой с работы, он застиг на супружеском ложе свою юную пассию за занятием сексом с… супругой, с которой так и не успел развестись. Дамы, застуканные в момент наивысшего разгула страстей, ожидали от Эрона неминуемого скандала, но тот, на удивление, отреагировал как-то очень спокойно. Ухмыльнулся, вынул из кармана джинсов мобильник и, ни слова не говоря, покинул испоганенные блудницами пенаты. Возможно, любовницы, случайно столкнувшиеся в доме общего мужчины и испытавшие мгновенный позыв роковой похоти, так никогда и не разгадали бы тайну ледяного спокойствия обманутого мужика. А тайна эта тоже была простой. Любовниц разоблачил не сам Эрон, а его брат близнец Кейн, похожий на брата как одна капля воды на другую и даже предпочитавший носить идентичную одежду.

Как раз-то Кейн и заложил по телефону близнецу дамочек, одна из которых годилась другой в матери. И то, что Кейн застал Эрона на работе, возможно, как показали последующие события, спасло изменщиц от расстрела. Прослышав от ябедника про то, как обе женщины наставили ему рога, Эрон достал из багажника машины винчестер и, отправился бродить по городу. Блукал до тех пор, пока не забрел случайно в Художественную галерею, где столь же случайно проходила в тот день выставка скульптур под названием «Вымирающая порода – лось американский». Завидев первую же фигуру обладателя увесистых рогов, стрелок – сочтя, по-видимому, и название выставки, и образ рогоносца насмешкой судьбы – тут же разнес несчастное чучело пятью выстрелами. Разнес – и угодил в околоток, что, по всей видимости, и спасло неверных женщин Хаффа от расправы. Освободившись вскоре после уплаты крупного денежного штрафа, отметим, что лишать снайпера права на ношение оружия, никто и не помыслил, Эрон на пару с верным Кейном вскоре переехал из маленького городка, где стал персонажем сальных анекдотов, в большой город Сиэтл.

ЖИЗНЬ СЕКСУАЛЬНОГО НЕУДАЧНИКА В СИЭТЛЕ. 

Здесь братья, обретя работу разносчиков пиццы, сняли трехкомнатную квартиру ценой 783 доллара ежемесячно. Подыскивая жилье, двойняшки не скупились, и готовы были выплачивать за него большую часть обоих зарплат: и Эрон, и Кейн намеревались, один заново, другой впервые, обустроить личные жизни, ну а приводить потенциальных избранниц в какую-нибудь хибару обоим попросту не хотелось. Обстоятельства, однако, сложились так, что и в Сиэтле у близнецов с представительницами прекрасного пола не заладилось: обитательниц большого города, пуще, чем жительниц какого-то Уайтфиша, интересовали отнюдь не физические данные возможных избранников, а состояние их банковских счетов.

В общем, не заладилось у близнецов настолько, что Эрон, и ранее проявлявший внимание к представителям своего пола, в какой-то момент попросту… соблазнил Кейна. Как говориться: «За что боролись, на то и напоролись!». С момента, когда Эрон и Кейн стали делить не только увлечения по жизни – охоту и рыбалку, но и постель, братьев медленно, но неотвратимо затянуло в пучину нетрадиционного секса. И однажды Эрон нашел, – как ему опять-таки чудилось – полных единомышленников по увлечению сексом в его нестандартных проявлениях.

Сведя знакомство с местными юными рейверами. Для справки: это любители крутых тусовок под наркотики и музыку техно, неистово предававшимися на своих вечеринках свободной любви, 28-летний неудачник Эрон Хафф решил влиться в их компанию. Бывший стрелок по чучелу сохатого пускал слюни, наблюдая, что выделывают на этих вечеринках мальчики, ряженные девочками, и девочки, ряженные не пойми кем. Он надеялся, что здесь наверняка и ему обломится что-то от безумных секс-пиршеств. Однако для большинства молодежи Эрон как был, так и остался вплоть до дня бойни экзотичным, странноватым чужаком. Старшаком, которому сразу дали понять: «Хочешь секса – расплачивайся наркотиками!». Эрон в принципе не возражал и против такого подхода. Он был готов с утра и до вечера вкалывать, лишь бы хоть время от времени наслаждаться столь соблазнительно юными телами новых знакомцев. Вот только те, в свою очередь, отнюдь не спешили расплачиваться за угощение. Как правило, употребив на халяву наркотик, ребята не спешили отдаваться гостеприимному хозяину, стараясь закосить от этого дела под любыми предлогами.

В конце концов, как и в случае с расстрелом чучела лося, именно Кейн и стал эдаким катализатором преступлений брата-близнеца. Сняв в ноябре 2005 года более скромную квартиру, Кейн пояснил Эрону, что молодежь их попросту кидает. Расставшись со столь близким ему братом, разочаровавшимся в «рейвсексе», да еще пару раз обломавшись с прожорливыми юными кидалами, из-за которых он все больше залезал в долги, Эрон Кайл Хафф пришел в итоге к замыслу кровавой месте – кидалам.

ПЛАНЫ БУДУЩЕЙ КРОВАВОЙ МЕСТИ. 

К мести глобальной, которой, по его мнению, только и достойны были те, кто пировал на его трудовые деньги, отнюдь не горя желанием расплачиваться натурой. Бессонными ночами, возлежа на холодной, опустевшей кровати, Хафф вынашивал не просто планы адресной мести кидалам, а планы изведения под корень всех местных рейверов, которых он со временем стал величать «сраной золотой молодежью». Уже с декабря 2005 года Хафф практически отказывается от посещения рейв-вечеринок, зато становится завсегдатаем интернет-чатов и форумов своих будущих жертв.

Мстителя, представлявшегося виртуальным собеседникам «рейвсексуалом», интересовало, когда в Сиэтле или его ближайших окрестностях состоится самая массовая вечеринка в стиле рейв. И не просто даже самая массовая, но и стилистически подходящая под задуманную им бойню. Мститель раз за разом забраковывает все вечеринки в период с января по февраль 2006 года. И только в феврале, разузнав, что на ночь 24 марта в местечке Кэпитол-Холл запланирована так называемая вечеринка «зомби-рейва» под характерным названием «Шоу живых мертвецов», решает принять в ней самое активное участие – качестве палача. Больное дитя Голливуда, Хафф на этот раз уверен, он нашел, что искал. И дело тут даже не в том, что в «Шоу живых мертвецов» примут участие его старые знакомые «динамщики»: 26-летний Джереми Мартин, 32-летний Джейсон Треверс, 21-летний Кристофер Уильямсон, 22-летний Джастин Шварц, 15-летняя Сюзен Торн и 14-летняя Мелисса Мур. И не в том, что вечеринка сия обещает стать самой массовой за последние два года: целых 353 участника. Дело в другом: устроив бойню на «Шоу», Хафф сможет прославиться, сняв, в некотором смысле слова, нечто вроде документального фильма – ужасов. По электронной почте Эрон Кайл Хафф получает от одного из организаторов «зомби-вечеринки» весь ее сценарий. И принимается, конечно, втайне от всех, переделывать его под свои планы. Представить только этот переделанный сценарий, а-ля Хафф! На театрализованном «Шоу», во время которого все его участники изображают убийц, вампиров, трупы и прочую нежить – вдруг появляется настоящий палач, с избытком вооруженный настоящим оружием. И вот уже «живые мертвецы» превращаются, что ни на есть в самых реальных. Толпа воспринимает это все на ура. Толпа не понимает, что началась настоящая бойня. Толпа, одурманенная наркотиками, продолжает танцевать, переступая через тела друзей, так артистично разыгрывающих собственные смерти. И лишь потом, когда зал окутывает смрад пороха и мертвечины, к гулякам приходит понимание: спектакль – всерьез. «Золотую молодежь» охватывает паника. Но спасаться уже поздно.

Кино, да и только. Такое приятно смотреть, уютно устроившись на диванчике с коробкой попкорна в руках. Вот только «режиссер» Эрон Хафф снимет это кино в натуре.

Конечно, перебить всех рейверов он все же не сумеет, но вот что характерно: когда дотошные полицейские начнут подсчитывать, сколько патронов прихватил с собой на убойную вечеринку стрелок, то выяснится, что таковых – ровно 353. По штуке на каждого «живого мертвеца». Зная этот факт, уже не воспринимаешь все, что орал Хафф: «Патронов у меня столько, чтобы хватило на каждого!», как браваду. Умелый охотник, Эрон и впрямь надеялся перестрелять все местное рейверское поголовье!

БОЙНЯ В ЦЕНТРЕ ИСКУССТВ. 

В ночь с 24 на 25 марта к Центру искусств г. Кэпитол-Холл подкатил старый пикап, из салона которого вышел высокий, крепкого сложенный мужчина, одетый в зеленую трикотажную рубашку, синие джинсы и черные ботинки армейского образца. Войдя в помещение Центра, гигант испугал, было, пару первых же попавшихся ему на встречу рейверов,  подумавших, что к ним нагрянула полиция – уж больно облик Хаффа не вписывался в здешнюю стилистику. Однако, признав в пришельце странного взрослого парня, о котором в среде сиэтлских рейверов уже давно шла молва, тусовщики успокоились и продолжили народное гулянье.

«Зомби-рейв», несшийся из мощных усилителей, рвал барабанные перепонки. Повсюду реками лилась бутафорская кровь: то посетители вечеринки, играли роль убийц, вонзая бутафорские ножи в тела тусовщиков, изображавших «живых мертвецов», и протыкая спрятанные у них под одеждой пакеты с красной жидкостью. Девицы, чьи лица были размалеваны «кровью», прямо у подиума отдавались таким же, как они, разрисованным парням. Кто-то тут же глотал «колеса». Кто-то курил «травку». Кто-то, ничуть не стесняясь, сливался в однополом танце. Хафф не хотел пропустить такого представления.

Он, по позднейшим воспоминаниям уцелевших в бойне, не отказал себе в желании потанцевать со своими будущими жертвами. Попить с ними «скотча». Покурить «травы». И только утром, когда вечеринка стала потихоньку сходить на убыль, приступил, наконец, к осуществлению своего убойного плана. Выйдя на улицу, Эрон устремился к своему пикапу. Недолго полюбовавшись на содержимое багажника, извлек из него полуавтоматическую винтовку «Бушмастер» и винчестер модели «1300-Дефендер». Отказавшись от использования зачем-то прихваченной с собой бейсбольной биты, весь – с ног до головы – увешался патронами. Затем прихватил из бардачка машины баллончик с нитрокраской. Гигант, теперь напоминал Терминатора, нежели скромного разносчика пиццы, не устремился, однако, сразу вслед за этим на вечеринку, а принялся расписывать все окрестные дома одной и той же надписью: «Теперь!». И только сочтя эту работу выполненной, вернулся на «Шоу». Согласно воспоминаниям очевидцев бойни, возращение убийцы было воспринято рейверами с восторгом – в полном соответствии со «сценарием» Хайффа. Ребята попросту сочли, что мужик тоже участвует в их представлении, в качестве актера. С еще большим восторгом тусовщики встретили первый выстрел Хаффа, сразивший на повал 15-летнюю Сюзен Торн. Когда из развороченной груди жертвы на джинсы Эрона хлынул поток «бутафорской» крови, а сам убийца проорал: «Умри, шлюха, умри!», зал взорвался одобрительными воплями.

Грубо оттолкнув пластиковый стаканчик с виски, протянутый каким-то поклонником его «актерского мастерства», Хафф устремился к 32-летнему Джейсону Треверсу. И вновь рейверы, в наркотическом мороке путающие кино с реальностью, рукоплещут искусству обоих. Судя по всему, ни до кого даже не доходит, что у смазливого молодого человека попросту не может быть запасной головы: когда Хафф добивает лежащего на полу Джейсона выстрелом в лоб и тем самым разваливает тому череп, рейверы продолжают поддерживать игру актера своими возгласами. Эрон улыбается. Эрон польщен. Он наклоняется к убитому Треверсу и, ненадолго отложив в сторону ружья, буквально умывается кровью жертвы. Вот теперь его и впрямь не отличить от местных «живых мертвецов», не понимающих, что от реальной смерти их, возможно, отделяют минуты. «Здорово, старикан!» – радостно приветствует убийцу Кристофер Уильямсон, на глазах которого только что убили двух его друзей. И тут же, под аплодисменты публики и под очередной вопль Эрона: «Умри, шлюха, умри!», падает на пол, сраженный пулей Хаффа.

Ну а затем настает очередь и Шварца, и Мартина, и Мур. И только когда рейвер по кличке Гомик замечает, что дыра в горле 14-летней Мелиссы буквально дымится от порохового ожога, кто-то вдруг истошно вопит: «Нас всех мочат!». Тогда все бросаются врассыпную.

Хафф укладывает выстрелом в спину первого же случайного беглеца, кто-то посреди всеобщей паники пытается набрать на мобильнике «911», вот только скольких еще умертвит убийца, пока до места бойни доберется полиция?

«Шоу живых мертвецов» могло окончиться и еще кровавей, если бы не два обстоятельства. Стреляй Хафф по всем рейверам без разбора и, как знать, не осуществились ли бы тогда его планы хоть наполовину? Убийца, однако, начал с главных обидчиков, некогда кинувших его с сексом. Действовал избирательно, а потому не столь скорострельно. Расправившись же с первоочередными жертвами и уже готовясь открыть по остальным залповый огонь, Хафф столкнулся с пренеприятным обстоятельством.

В затылок палачу, слишком увлекшемуся расстрелом, уперлось дуло полицейского пистолета. Как впоследствии выяснилось, один из полицейских, патрулировавших улицы ночного города, заслышал в Центре искусств выстрелы, явился сюда без всякого вызова и даже умудрился незаметно подкрасться к убийце с тыла. В такой ситуации Хафф не стал соревноваться в меткости с блюстителем Фемиды. А сдаваться он не захотел. Не оборачиваясь к служивому, Эрон затолкал себе дуло винчестера в рот, и нажал на спусковой крючок, с ног до головы забрызгав полицейского своей кровью и мозговой слизью. Вскоре прибывшему на место подкреплению осталось лишь подсчитать количество жертв Хаффа, констатировать смерть самого палача и откачивать полицейского – спасителя всех уцелевших рейверов, от сердечного приступа. Этим и закончилась кошмарная бойня, вполне достойная внимания создателей молодежных ужастиков.

К сказанному добавим лишь еще один любопытный штришок: палач Хафф расстрелявший семь человек, носил при жизни говорящую фамилию. Переводится она с английского как «гнев», «раздражение». Не правда ли, вполне подходящая фамилия для того, кто испытывал поистине убойный гнев из-за неудач на личном фронте?

label, , , , , , , , , , , , , , ,

About the author

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *