Музей смерти маньяка и социального журналиста Джаведа Икбала

История маньяка Джаведа Икбала поучительна тем, что это был обеспеченный бизнесмен, убивавший мальчишек из бедных семей и бравший у них интервью перед смертью. Житель пакистанского города Лахора 44-летний Джавед Икбал до поры до времени был замечательным мужем и отцом, а также имел стабильный доход от торговли металлической арматурой.

Серийный убийца Джавед Икбал.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

Был, пока в 1997 году не сделал ужасного открытия, оба его сына, 12 и 13 лет от роду, не только занимаются сексом друг с другом, но и подрабатывают телами, выискивая клиентов на местном рынке. После этого открытия, в голове будущего маньяка происходит сбой, и он решает стать социальным журналистом, чтобы изучить проблему детской проституции. С этого момента, он временно переквалифицируется не только в социального журналиста, но, и, в частного детектива. Он изучает нравы, так называемой «тусовки Мина-и-Пакистан», иначе говоря, место детей-бродяжек, собиравшихся вокруг одноименного памятника и зарабатывающих с помощью воровства, продажи наркотиков и проституции. Теперь Икбал живет не только на доходы от своего бизнеса, но и гонорары от разных изданий, в которые он посылает статьи.

Расследование серийного маньяка — социального журналиста 

В течение года, изучив нравы местной малолетней публики, Икбал пришел к двум выводам. Во-первых, голубая детская тусовка, безусловно, совратила и растлила его доселе скромных сыновей. Во-вторых, в возникновении самой этой тусовки повинно все пакистанское общество, в котором, с одной стороны, гомосексуальная детская проституция признается преступлением, с другой, свыше 3 миллионов детей из нищих семей не имеют другого способа заработать на жизнь иначе, как подставляясь богатым извращенцам.

Маньяк и социальный журналист Джавед Икбал.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

Придя к подобным выводам, социальный журналист начал действовать. Развелся с женой, отрекся от сыновей и принялся штамповать статьи о пренебрежении общества к цветам жизни – детям. Статьи эти, по разным причинам успеха у местных издателей не имели, и тогда у маньяка родилась идея написать шокирующую книгу, рассказывающей о бесправии детей в современном пакистанском государстве. Книгу, которая, не нашла для нее издателя в собственной стране, непременно стала бы бестселлером на Западе.

Будущее — смерть 

Джавед Икбал был шестым ребенком и четвертым сыном пакистанского бизнесмена. В 1978-м году отец будущего маньяка — Мугхал Икбал, открыл собственное дело по торговле металлическим прокатом. В дальнейшем отец купил для сына два больших дома в Шадбахе. Из одного такого дома Джавед и руководил своим бизнесом – связанным с торговлей железной арматуры. Уже позже стало известно, что именно здесь Мугхал и держал своих жертв, здесь же социальный журналист и писал свои бесценные статьи, рукопись и опусы. Кроме того, в это время у маньяка появляются четыре помощника подростка, помогающих ему убивать и заметать следы, и которых он периодически использует в качестве своих любовников.

Скажем сразу, рукопись новоявленному борцу с двуликим обществом, в конце концов, удалась. Вот только ни на Востоке, ни на Западе никто, так ее и не опубликовал. Ничего удивительного. Книга Икбала, в которой он дал название «Будущее – смерть. Признание мертвых детей», представляла собой 100 предсмертных интервью маньяка Джаведа Икбала с детьми, которым суждено было вскоре стать жертвами самого монстра. Собирал же писатель материалы для своего опуса так, отправлялся на рынок к монументу Мина-и-Пакистан, выискивал мальчишку, предлагавшего услуги массажиста за 20 рупий – 40 центов США, и приводил к себе домой.

Здесь поил собственноручно изобретенным коктейлем правды, содержащим алкоголь и наркотики, и, едва будущая жертва приходила в полубессознательное состояние, доставал диктофон. Нет, не подумайте ничего плохого! «Журналиста» интересовали не скабрезные похождения маленького проститута, Икбала, настоящую акулу пера, волновала социальная подоплека превращения ребенка в сексуальную игрушку. Икбал дотошно выспрашивал будущую жертву о семейном достатке, образе жизни, о надеждах и планах. Запротоколировав социально-значимую информацию и сфотографировав мальчишку, Джавед приступал к действиям, призванным оправдать название будущей книги. Попросту говоря, душил ребенка, обвив вокруг его шеи железную цепь, и, расчленив мертвое тело на куски, опускал в чан с кислотой. Пока кислота медленно разъедала останки ребенка, Икбал проявлял фотопленку, печатал снимки, тщательно нумерую каждый из них для будущего издателя, и тут же, присев рядом с адским котлом, начинал писать очередную главу своей книги. Вот короткая цитата из одной такой главы, этой «выдающейся» книги, дающая представление о личности самого маньяка и посвященная его 12-летней жертве по имени Ийаз: «Никто не скажет, что мальчик пытался выжать слезу, рассказывая о нищете своей семьи, хотя бы в память о мертвом. Просто удивительно, сколь дешево стоит в 144-миллионном Пакистане жизнь ребенка. Вы спросите: а сколько же? И я вам отвечу: около 120 рупий. Именно во столько мне обошелся чан соляной кислоты, в котором эта маленькая проститутка закончила свою жизнь!». Напомним читателю, что 120 рупий соответствует 2 долларам 40 центам США.

Как видим, Икбал не был лишен публицистического дара. Вот только о том, что каждую из 100 своих жертв социальный журналист в непременном порядке насиловал перед смертью, упомянуть в книге, он почему-то постеснялся. Выдавить из Икбала признание, почему он, всегда яростно отстаивавший свою гетеросексуальность, насиловал мальчишек, удалось впоследствии лишь следователю. Джавед сквозь зубы заявил: «В отсутствии жены и при такой работе мне приходилось тяжко. Нужна была какая-то разрядка». Что же касается собственно работы, то на протяжении всего 1999 года маньяк постоянно совершенствовал ее методы. Растворив в соляной кислоте 6 первых жертв и написав первые 6 глав рукописи, Икбал вдруг счел, что одной, пусть и сенсационной, книги для пробуждения пакистанского общества недостаточно. Осознав это, маньяк решил превратить собственный дом в «Музей смерти детства», отныне он не только складировал по полочкам вещи, принадлежавшие его узникам, не только создавал стенды с фотографиями, посвященными жизням и смертям несчастных мальчишек, но сколотил из фанеры «Стену автографов».

Родители погибших, смотрят улики в доме маньяка Джаведа Икбала.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

Начиная с седьмой жертвы, Икбал принялся резать мальчишкам пальцы рук и оставлять их кровавые отпечатки на этой ужасной стене. Под каждым кровавым автографом содержалось примечание, аккуратно выведенное самим убийцей. Ну, например, такое, посвященное мальчику по имени Реза: «Когда-то он хотел учиться, но не было денег. Мечтал стать пилотом. Отверженный обществом, он продавал свое тело. Когда не было клиентов, торговал цветами».

Поиск останков детей в доме маньяка Джаведа Икбала.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

В одной из первых глав своей сенсации маньяк однажды пророчески написал: «Общество не хватиться пропавших детей. Любой маньяк может оставаться безнаказанным, если вдруг не вздумает сам заявить о себе в полицию».

Мать ребенка убитого маньяком Джаведом Икбалом.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

И действительно, пока в июле 1999 года Икбал собственноручно не отправил в полицию толстый пакет фотографиями своих жертв и с описанием их смертей, никто и не думал искать пропавших мальчишек. Ни родителям, ни полиции просто не было до них дела.

Музей «Смерти» и расплата маньяка

Заявив на себя самого, Икбал покинул жилище, превращенное в «Музей смерти», и переехал во второй собственный дом. При этом он не переставал потешаться над любителями закона. «Не ищите меня, я решил покончить жизнь самоубийством, утопившись в реке», — писал Джавед местным сыщикам, прилагая к посланию фото очередной жертвы. И уголовное дело маньяка благополучно закрывали. Хотя в этот момент арестовывают четырех подростков, которые помогали Икбалу в его убойных делах, и жили в его доме. Через три дня один из них выпрыгнул из окна в полицейском кабинете, вскрытие показало, что против него применяли силу.

Арестованные сообщники маньяка Джаведа Икбала.

Арестованные сообщники маньяка Джаведа Икбала.

После этого, вновь пропадали дети. А в полицию приходило письмо, с очередными предсмертными снимками и посланием от маньяка: «Теперь я и вправду покидаю мир – ухожу бросаться с обрыва». И снова полиция верила маньяку, в который раз, отправляя его дело в архив. Лишь убив сотого ребенка и дописав сотую главу своей книги, Икбал счел труд жизни завершенным. Не хватало писателю малого – паблисити, которое он себе и обеспечил, сдавшись полиции 30 декабря 1999 года. Маньяк ожидал, что теперь-то уж наверняка опубликуют его бестселлер на Западе.

Фото арестованного маньяка Джаведа Икбала.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

И действительно, когда судьи приговорили Джаведа Икбала к казни через повешение с последующим расчленением тела на сто кусков и растворением остатков мерзавца в соляной кислоте, многие правозащитные организации потребовали «гуманизма» по отношению к писателю и рассекречивания его сенсационной рукописи, дотоле хранившийся в полицейском спецхране. Что ж, с подонком поступили так, как и присуще хитроумному Востоку. Незадолго до приведения приговора в исполнение, кто-то задушил Икбала и одного из его подручных полотенцем в их же камере, что было приравнено полицией к самоубийству, по другой из версий они отравились, приняв яд. Творение же Джаведа и вовсе объявили безвозвратно утерянным, а некоторые цитаты из него остались лишь в 503-страничном деле самого эффективного маньяка Пакистана.

Фото маньяка Джаведа Икбала:

Фото маньяка Джаведа Икбала.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

Фото маньяка Джаведа Икбала.

Видео про маньяка Джаведа Икбала:

label, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

About the author

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *